Фёдор Кедров 

Эрнест Резерфорд (Рождение ядерной физики). М., «Знание», 1980 (Творцы науки и техники), 128 с.

Открытие Эрнестом Резерфордом атомного ядра положило начало новой грандиозной области науки, благодаря которой возникло основание для характеристики XX века как века атомной энергии.

Автор книги по образованию физик, по профессии — научный журналист, написавший более двадцати научно-популярных книг, в том числе биографии академика П. Л. Капицы и члена-корреспондента АН СССР Я. И. Френкеля.

Книга, посвященная основоположнику ядерной физики, рассчитана на самый широкий круг читателей.

С именем Льва Владимировича Писаржевского связано становление физической химии в нашей стране. Имя это вошло в словари и учебники; оно известно каждому химику, в какой бы области он ни работал.

Мне приходилось слушать математические лекции Николая Николаевича Лузина в период наивысшего расцвета его педагогической деятельности в Московском университете. Эти лекции были выдающимся явлением и в жизни университета, и вообще в истории преподавания математики. О них, а также вообще о Лузине как об университетском профессоре я и хочу сказать несколько слов.

Портрет А.Ф. Кони. 1898. Илья Репин.Холст, масло.

В просторном зале бывшего барского особняка собралось человек сорок. Плохо одетые рабфаковцы, фабричные девушки в платочках, интеллигентные дамы, с виду учительницы, какой-то старичок в золотом пенсне, забредший на огонек любознательный матрос. В помещении холодно, и все собравшиеся зябко ежатся в своих пальто. Ожидают лектора, почетного академика и профессора Анатолия Федоровича Кони. Согласно объявлению, расклеенному на тумбах ближайших улиц, он будет читать сегодня о великом русском писателе Иване Сергеевиче Тургеневе...

Утром 19 октября 1913 года у Ильи Ильича Мечникова случился сердечный припадок. Боль в груди была такой сильной, что Мечников ждал смерти в лю­бую минуту. Но когда Ольга Николаевна вошла к нему в комнату, она застала мужа не в постели, а за пись­менным столом.

Бледный, тяжело дыша, Илья Ильич что-то стреми­тельно заносил на бумагу...

Осенью 1843 года в Москве много говорили о публичных лекциях Тимофея Николаевича Грановско­го. Не о диковинных физических опытах, не о гастролях знаменитости, а о лекциях да к тому же по истории древнего мира и западного средневековья!

Споры об этих чтениях вышли далеко за пределы университетских аудиторий, проникли в московские са­лоны и гостиные, где на «понедельниках» у друга А. С. Пушкина П. Я. Чаадаева, на «воскресеньях» у А. П. Елагиной — племянницы В. А. Жуковского и матери известных славянофильских деятелей И. В. и П. В. Ки­реевских собиралось все образованное московское об­щество. Даже противники молодого ученого вынужде­ны были признать, что «лучшим проявлением жизни Московской были лекции Грановского»1.

1. 1. Письмо А. С. Хомякова к А. В. Веневитинову. — В кн.: Н. П. Барсуков. Жизнь и труды М. П. Погодина. Кн. 7. СПб., 1893, стр. 113.

Евгений Николаевич Добровольский. 

Почерк Капицы. — М., Изд. "Советская Россия", 1968. 

Эта книга о жизни выдающегося совет­ского физика, академика, Героя Социали­стического Труда Петра Леонидовича Ка­пицы. О Капице написано немного.

За границей одно время его называли русским атомным царем. В английских, немецких, французских изданиях он име­новался черным демоном науки, от взгля­да которого трепетали не только лаборанты.

Великий русский ученый Михаил Васильевич Ломоносов был не только основоположником науки в России и провозвестником многих научных открытий во всем мире, но и пропагандистам научных достижений, выдающимся оратором своего времени. Называя Ломоносова нашим первым университетом, А. С. Пушкин писал о нем

Воспроизводится по изданию:

Виктор Николаевич Тростников.

Выдающийся советский ученый А. А. Фридман. — М.: «Знание», 1963 г.